Региональная экономика

Отход от плана: 30 лет назад в России началась чековая приватизация

30 лет назад президент России Борис Ельцин подписал указ о введении ваучерной приватизации в России. В условиях экономического кризиса правительство рассчитывало, что перевод госсобственности в частные руки поможет избавиться от убыточных предприятий, снизить инфляцию, а также создать класс собственников и снизить социальную напряжённость. Главным символом реформы стали ваучеры, которые население должно было обменивать на акции предприятий, но продавало за бесценок. Как проходила приватизация — в материале RT.

Отход от плана: 30 лет назад в России началась чековая приватизация

  • Приватизационный чек (ваучер), дающий право на часть госсобственности, выданный всем гражданам России в 1992 году
  • РИА Новости
  • © Игорь Михалев

В первый год после распада СССР российская экономика была в самом начале трудного и болезненного перехода к рыночному механизму. Одним из первых шагов в этом направлении стала попытка руководства страны создать класс частных собственников и повысить эффективность национальных компаний.

14 августа 1992 года президент Борис Ельцин подписал указ «О введении в действие системы приватизационных чеков в Российской Федерации». Документ послужил отправной точкой старта ваучерной приватизации в стране. По задумке властей, значительная часть государственного имущества должна была перейти в руки российским гражданам безвозмездно и с соблюдением принципа социальной справедливости.

«Нам нужны миллионы собственников, а не кучка миллионеров… Приватизационный чек — своеобразный билет для каждого из нас в свободную экономику. Чем больше будет в России собственников, деловых людей, для которых конкретные действия важнее пустопорожних разговоров, тем скорее в России наступит благополучие», — заявил Ельцин в обращении к гражданам.

От общего — к частному

Государственное имущество было поделено на несколько групп. В первую входили заводы и малые предприятия, подлежащие незамедлительной и обязательной приватизации, во вторую — объекты, приватизируемые по решению правительства, а в третью — учреждения, приватизация которых была запрещена.

В рамках первого этапа — «малой приватизации» — были проведены аукционы по продаже небольших предприятий торговли и бытового обслуживания. По данным Госкомимущества, к 1 июля 1994 года в частную собственность было переведено 75,4% объектов торговли, 66,3% учреждений общепита и 76,4% точек обслуживания населения.

В свою очередь, «большая приватизация» сопровождалась превращением всех средних и крупных предприятий в открытые акционерные общества. Акции частично передавались членам трудовых коллективов. При этом сотрудники учреждений могли выкупить до 51% от величины капитала, говорится в книге идеологов реформы Егора Гайдара и Анатолия Чубайса «Развилки новейшей истории России». Остальные ценные бумаги можно было получить за деньги или выкупить посредством приватизационных чеков.

В то же время под программу приватизации не подпали предприятия ряда отраслей. В частности, речь идёт о лесных хозяйствах, шельфовых месторождениях, трубопроводах, нефтедобывающих предприятиях, а также об автомобильных дорогах. Все эти активы государство решило оставить на своём балансе, рассказал в беседе с RT первый вице-президент Общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «Опора России» Павел Сигал.

«Тем не менее под чековую приватизацию всё же попало большое количество производств, в том числе и социально значимых. При этом реальная оценка их стоимости была затруднена и определялась во многих случаях с опорой на плановую оценку. Вследствие этого с учётом протекавших на тот момент экономических процессов цена местами существенно занижалась», — подчеркнул эксперт.

По оценкам Госкомимущества, наибольшим спросом у населения пользовались предприятия пищевой, табачной, мебельной, деревообрабатывающей отраслей, а также гостиницы.

Принцип справедливости

Приватизация должна была в короткие сроки построить рыночную экономику в России. Более того, перед правительством стояла задача залатать дыры в бюджете, чтобы иметь возможность выполнять социальные обязательства перед гражданами.

Как полагают эксперты, передача госимущества населению и формирование нового класса собственников были призваны ускорить перевод экономики на рыночные рельсы. Предполагалось, что деятельность предприятий станет более эффективной, а государство получит дополнительные средства для развития социальной инфраструктуры — всё это должно было содействовать процессу стабилизации экономического положения в России.

«Частного бизнеса до приватизации не было, нужно было переломить менталитет населения, которое боялось работать на себя, так как раньше за такую деятельность сажали в тюрьму. Именно частник, который действительно заинтересован в эффективности своего дела, был ключевым элементом оперативного построения гибкой экономики с работающими рыночными механизмами», — рассказал RT директор Центра конъюнктурных исследований Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ Георгий Остапкович.

  • Первый день выдачи ваучеров в одном из отделений Сбербанка, 1 октября 1992 года
  • РИА Новости
  • © Виталий Арутюнов

Более того, с помощью реформы правительство планировало снизить остроту социальной напряжённости, которая в начале 1990-х нарастала быстрыми темпами, отметил руководитель направления «Финансы и экономика» Института современного развития Никита Масленников.

«На деле приватизация началась ещё до её официального объявления. Ранее, например, стали появляться частные корпорации в нефтяной отрасли. Но переход активов шёл, как правило, внутри самой компании, которая приватизировалась в основном директорами предприятий. Власти же хотели реализовать компромиссный вариант, дать людям чем-то владеть и соблюсти в некотором роде принцип социальной справедливости», — подчеркнул собеседник RT.

Изначально экономический блок правительства рассматривал три варианта приватизации. При первом сценарии переход крупных предприятий в частную собственность происходил на платной основе, то есть население должно было выкупить предприятие у государства за деньги. Два других предполагали выпуск бесплатных именных приватизационных вкладов в Сбербанке, которые нельзя продать и передать, или безымянных ваучеров, выдаваемых на руки.

«Бесплатная ваучерная модель была выбрана, поскольку все иные известные формы рассчитаны на долгосрочное развитие. Выбранная модель позволила провести приватизацию в очень ускоренном темпе», — объяснил Павел Сигал.

С 1 октября 1992 года во всех отделениях Сбербанка начали выдавать ваучеры. Любой россиянин, включая детей и пенсионеров, мог бесплатно получить один приватизационный чек на 10 тыс. рублей. Всего было выпущено 140 млн ваучеров общей стоимостью 1,4 трлн рублей. На эту сумму предприятия выпустили акции, на которые до конца 1993 года предстояло обменять ваучеры.

Каждый владелец чека имел право обменять его на акции учреждения, где он работал, или использовать ваучер в чековом аукционе. Также приватизационный чек можно было отдать в чековые инвестиционные фонды (ЧИФы). По задумке властей, этот финансовый институт должен был помочь выгодно вложить ваучеры тем россиянам, которые не хотели продавать чеки, но и не могли оценить возможную прибыль от вложений в то или иное предприятие. В результате было учреждено несколько сотен ЧИФов, которые получили от граждан более 40 млн чеков.

Нерыночный компромисс

Приватизация была необходимым инструментом повышения эффективности предприятий, стабилизации курса нацвалюты на денежно-кредитном рынке и снижения инфляции, сходятся во мнении опрошенные RT эксперты. Реформа позволила запустить формирование института частной собственности и развернуть курс экономического развития страны в сторону рынка, напомнил Павел Сигал.

Тем не менее процесс сопровождался трудностями, которые во многом были связаны с низкой экономической грамотностью населения. Россияне оказались не готовы к быстрому переходу с плановой экономики и зачастую не могли оценить потенциальную выгоду от вложений, признаёт эксперт.

«Кроме того, высокая инфляция и крайняя степень социальной нестабильности привели к тому, что воспользоваться предоставленными возможностями ваучеров могли далеко не все, кто их получил. При этом именно формат ваучеров и условия их получения привели к значительному социальному расслоению и формированию новых классов в обществе», — отметил Сигал.

  • Приватизационный чек (ваучер)
  • РИА Новости
  • © Игорь Михалев

В то же время появление чеков во многом поспособствовало зарождению в стране биржевых механизмов, считает Георгий Остапкович. По его словам, россияне, которые не хотели переводить свою долю госсобственности в акции, могли продать приватизационные чеки.

«Свободно обращаясь, они не только создали спрос на акции приватизируемых предприятий, но и заложили основу для становления фондового рынка. Появились также и другие институты развития, например пенсионные фонды и страховые компании, которые способствовали развитию рыночной экономики», — добавил эксперт.

Частичная передача государственной собственности привела и к тому, что уже в конце 1992 года в стране начали расти золотовалютные резервы, подчеркнул Никита Масленников. По его словам, позитивный тренд был во многом связан с тем, что российские компании стали планомерно выходить на западные рынки со своей продукцией.

«Деньги постепенно стали поступать в бюджет, что позволяло исполнять властям свои социальные обязательства. Приватизация в целом ускорила процесс структурной перестройки, который был неминуем при переходе от одной формы ведения экономики к другой. Без реформы неизвестно, сколько бы потребовалось времени для создания нового рынка и с какими социальными проблемами это было бы сопряжено», — отметил спикер.

Тем не менее позже в своей книге «Президентский марафон» Борис Ельцин вспоминал: «Говорят, что наша собственность была при продаже недооценена. Мол, продали её за бесценок… Да, абсолютно правильно. Продали за так называемый бесценок, относительный, конечно, — за сотни миллионов долларов… Больше никто не давал. Именно столько, сколько смогли заплатить российские бизнесмены, столько и стоило на тот момент данное предприятие. Ни больше и ни меньше».

  • Президент РФ Борис Ельцин получает приватизационный чек, 30 декабря 1993 года
  • РИА Новости
  • © Дмитрий Донской

В свою очередь, как вспоминал Анатолий Чубайс, приватизация носила больше политический характер, нежели экономический. По его словам, главная задача на тот момент стояла в том, чтобы «остановить коммунизм».

«Мы не могли выбирать между «честной» и «нечестной» приватизацией, потому что честная приватизация предполагает чёткие правила, установленные сильным государством, которое может обеспечить соблюдение законов. В начале 1990-х у нас не было ни государства, ни правопорядка. Службы безопасности и милиция были по другую сторону баррикад. Они учились по советскому Уголовному кодексу, а это от трёх до пяти лет тюрьмы за частное предпринимательство. Нам приходилось выбирать между бандитским коммунизмом и бандитским капитализмом», — отмечал Чубайс.

Таким образом, по его словам, выбор стоял между «чудовищной» и «несправедливой» приватизацией. В конечном итоге было решено пойти по второму сценарию, и собственность отдали «тем, кто был к ней ближе».

«Бандиты, секретари обкомов, директора заводов. Они её и получили. Именно это предотвратило кровь. Потому что если мы попытались бы не отдать им эту собственность, то они бы её всё равно взяли. Только они бы её взяли вообще без каких-либо легитимных процедур. А так они её взяли с легитимными процедурами. И это, как это ни смешно, придало некоторую политическую стабильность конструкции», — резюмировал он.

Источник

Нажмите, чтобы оценить статью!
[Итого: 0 Среднее значение: 0]

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Кнопка «Наверх»